Труды КНЦ. Естественные и гуманитарные науки. – 2026. - № 2

членом» Правления «под председательством» попечителя должен был быть ректор, а отнюдь не директор, что практиковалось прежде в ГПИ. Кроме того, помимо попечителя, ректора, синдика и директора училищ Санкт-Петербургской губернии, в состав Правления он предполагал ежегодно избирать еще одного ординарного профессора университета, который бы получал за членство в Правлении дополнительные 300 руб. к жалованию [ОПИ ГИМ. Ф. 17. Оп. 1. Ед. хр. 35. Л. 186-188]. В итоге Правление, которое, по мысли Уварова, собиралось бы раз в неделю, кардинально отличалось от того, каким оно было в ГПИ и каким оно позже стало в Санкт-Петербургском университете, но полномочия директора университета, ввиду его «исключения» из Правления, оставались совершенно неясными. И если ректор должен был избираться профессорами, адъюнктами и «учащими», то должность директора университета оставалась назначаемой от правительства. Очевидно, что привлечение одного из ординарных профессоров в состав Правления, а также назначение ректора председателем Правления было Уваровым заимствовано из положений университетского Устава 1804 г. (§ 134) [Сборник постановлений ., 1875, стб. 321]. Таким образом, на основе анализа сохранившихся черновых проектов Уварова 1818 г., отражавших его представления о миссии университета и его внутреннем устройстве, можно сделать несколько важных заключений. Во-первых, черновые наброски подтверждают, что в основу проекта «Первоначальное образование... » были положены идеи Уварова и именно он проработал отдельные аспекты учредительного документа. Во-вторых, Уваров планировал открыть Санкт-Петербургский университет еще до 1819 г., но, вероятно, даже в 1818 г. он не полностью представлял себе его структуру и базовые принципы, на которых бы университет действовал. В-третьих, Уваров был сторонником внутренней автономии университета и коллегиального управления и предусмотрел различные механизмы его осуществления, избирательно заимствуя основные положения Устава 1804 г., а в некоторых аспектах от них отступая. В частности, Уваров выступал за сильную и детально проработанную факультетскую структуру, которая бы обеспечивала децентрализацию управления университетом, когда все вопросы, касающиеся учебной и научной частей, решались бы не в Конференции, а в самих факультетах. Конференция и факультеты должны были играть роль самостоятельных и друг от друга не зависящих инстанций, решавших в коллективных заседаниях круг отведенных им задач. Именно сами факультеты, а не Конференция, как подчеркивал Уваров, избирали деканов. Это в корне отличалось от норм Устава 1804 г., согласно которым, университетский совет («общее университетское собрание») избирал деканов («старейшин») факультетов (§ 27), а также формировал расписание лекций для каждого факультета (§ 66) [Там же. Стб. 301, 308]. С другой стороны, Уваров выступал за сильную ректорскую власть, именно ректор, как значилось в одной из его записок, должен был исполнять обязанности попечителя в момент его отсутствия. Напротив, фигура директора университета в проектах 1818 г. выглядела более утилитарной и номинальной, что приближало систему управления к Уставу 1804 г., где должности директора университета не было вовсе, а ректор был главой и университетского Совета, и Правления [Там же. Стб. 304, 321]. Многие из этих идей так и остались в виде черновых проектов и не были Уваровым реализованы. Санкт-Петербургский университет был организован на несколько иных принципах. Открытие С. С. Уваровым Санкт-Петербургского университета в 1819 г. Черновые проекты и записки Уварова показывают, что план преобразования ГПИ в университет был им составлен заранее и на рубеже 1818-1819 гг. он занимался его доработкой, подготовив к январю 1819 г. окончательный вариант «Первоначального образования Санкт-Петербургского университета». Уварову оставалось только утвердить этот документ, и он ждал удобного момента. Поэтому едва ли можно согласиться с мнением университетских историков, что проект «Первоначальное образование...» был «наскоро составленным» [Григорьев, 1870, с. 5; Рождественский, 1919, с XIII] документом. Нет ничего удивительного в представлении Уваровым проекта уже на другой день после согласия императора Александра I на открытие университета в Петербурге [Сухомлинов, 1889, с. 240]. Действительно, едва министр А. Н. Голицын получил это согласие и сделал 11 января 1819 г. Труды Кольского научного центра РАН. Серия: Естественные и гуманитарные науки. 2026. Т. 5, № 2. С. 90-104. Transactions of the Kola Science Centre of RAS. Series: Natural Sciences and Humanities. 2026. Vol. 5, No. 2. P. 90-104. 98 © Пустовойт И. С., Жуковская Т. Н., 2026