Север и рынок. 2026, № 2.

СЕВЕР И РЫНОК: формирование экономического порядка. 2026. № 2. С. 83-96. Sever i rynok: formirovanie ekonomicheskogo poryadka [The North and the Market: Forming the Economic Order], 2026, no. 2, pp. 83-96. СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ СЕВЕРНЫХ ИАРКТИЧЕСКИХ МУНИЦИПАЛИТЕТОВ И РЕГИОНОВ Abstract. Corporate social responsibility (CSR) is widely regarded as a normative framework for responsible business conduct in contemporary Russian society. At the same time, there is no consensus on the definition and structure of CSR, which underscores the importance of systematizing existing theoretical approaches. Despite the development of institutional conditions for CSR implementation at both national and international levels, business engagement in CSR activities remains uneven. As an important instrument for regional development and improving the quality of life in local communities, CSR is particularly significant in the regional context. This study focuses on CSR implementation in the Murmansk Region, part of the Russian Arctic. An empirical sociological survey was conducted at a major public company in Murmansk using an online questionnaire among employees (n = 490) in order to identify their needs regarding CSR measures and their level of satisfaction with CSR implementation. The results indicate that the company's sustainable development policy is characterized by a comprehensive approach covering key areas of employees' social well-being and related needs. However, predominantly moderate levels of satisfaction, along with expressed demand for additional support measures, suggest the need for further development of the company's CSR policy. The findings contribute to the understanding of CSR implementation in Arctic conditions and may be useful for businesses in designing and improving corporate social packages in regions of operation, as well as for further research on the effectiveness of CSR strategies. Keywords: corporate social responsibility, sustainable development, systemically important enterprise, Russian Arctic, Murmansk Region Acknowledgments: The study was conducted as part of independent research and development project no. 124041100095-5. For citation: Zhigunova G. V., Sharova E. N., Maleus D. V. Corporate social responsibility practices and employee satisfaction in a major public company: Evidence from the Murmansk Region. Sever i rynok: formirovanie ekonomicheskogo poryadka [The North and the Market: Forming the Economic Order], 2026, no. 2, pp. 83-96. doi:10.37614/2220-802X.2.2026.92.006. Введение Одной из наиболее актуальных тенденций в управлении бизнесом в настоящее время является корпоративная социальная ответственность, посредством которой бизнес и предприятия стремятся участвовать в улучшении условий проживания работников и местных сообществ. В результате данной деятельности, с одной стороны, формируется их позитивный имидж, а с другой — человеческий и социальный капитал предприятий, что способствует их устойчивому положению в настоящем и будущем. В современный период КСО бизнеса выступает составной частью менеджмента предприятия, осуществляемой на плановой основе и дающей дополнительные возможности компании влиять как на местное сообщество, так и на своих сотрудников [1, с. 81]. Несмотря на значимость тренда КСО, сегодня в науке до сих пор нет однозначной дефиниции этого понятия. В зарубежной литературе оно рассматривается как концепция, отражающая добровольное решение компаний участвовать в улучшении жизни общества и защите окружающей среды [2, с. 116]. Так, по мнению Говарда Боуэна, основоположника теории КСО, социальная ответственность представляет собой реализацию корпоративной политики с точки зрения достижения общественных целей и ценностей [3, p. 6]. В этой связи бизнесу необходимо учитывать социальные последствия своих решений и достигать разумного баланса между частными и общественными интересами [3, p. 22-25]. В теории корпоративного эгоизма М. Фридмана в 70-х гг. ХХ в. прозвучала критика КСО через посыл в разграничении обязанностей государства и бизнеса, где каждый занимается свои делом в рамках законодательных и этических норм. При этом ответственность за достижение общественных целей не перекладывается на предпринимателей, так как это создает препятствия в получении прибыли и реализации целей компании [4, с. 17]. Напротив, в теории корпоративного альтруизма, возникшей примерно в то же время (К. Дэвис, Р. Фримен), говорится о необходимости использования ресурсов компаний в социально-экономическом развитии страны и акцентируется внимание на положительных эффектах, приобретаемых бизнесом в виде прибыли и повышения имиджа компании [5; 6]. Однако данные эффекты, по мнению Е. Б. Завьяловой, являются для компаний отсроченными и достаточно сложно обоснованными в условиях большой доли неопределенности [7]. В 80-е гг. ХХ в. наиболее популярной стала теоретическая модель (пирамида) А. Керолла, показывающая филантропическую, этическую, правовую и экономическую сферы ответственности бизнеса на основе запросов общества [8]. В дальнейшем эта пирамида была дополнена стратегиями бизнеса — реактивными, оборонительными, адаптивными и проактивными — Р. Акерманом в теории корпоративной социальной восприимчивости [9]. В настоящее время весьма популярна теория соучастников, сформировавшаяся к 90-м гг. ХХ в., начало которой положил Р. Фримен [6]. Ее ключевое положение основано на учете интересов всех заинтересованных сторон, что необходимо для эффективного взаимодействия бизнеса во внутренней и внешней среде компании [7]. Широкое распространение имеет также теория стратегии, объясняющая деятельность организаций в контексте стратегического плана, учитывающего интересы заинтересованных сторон и собственные цели развития. В данной связи КСО понимается как комплексная ответственность предприятия перед заинтересованными сторонами [10]. ©Жигунова Г. В., Шарова Е. Н., МалеусД. В., 2026 84