Никонов, С. А. Из истории китобойного промысла на Русском Севере: бриг Беломорской компании «Граф Румянцев» и его судьба (1804–1806) : монография / С. А. Никонов. — Апатиты : Изд-во Кольского научного центра РАН, 2025.

Судно продолжало свой путь, дойдя 25 июля до острова Медвежьего, откуда должно было двинуться к Шпицбергену. Боцман, пытавшийся по карте определить маршрут, столкнулся с гневом капитана, который, «изъхватя оную карту, и хотел бросить в море, и говоря, что я один капитан на борту». Аким Старостин не допустил уничтожения карты, вступив в драку с капитаном. Спустя полтора дня после этого события судно достигло суши. Между Далем и Старостиным возник спор о том, куда же пришел бриг. Капитан считал, что это «Клюсъбой»10, а кормщик ему возражал: «не знаю, какое ето место, я не бывал»11. Старостин вместе с матросами отправился на шлюпке разведать обстановку, выяснив, что в губе, куда шло судно, были луды12, «много очень льду», а также «банки13 оказались прямо на носу». Спешно вернувшись на корабль, кормщик «закричал», потребовав поворачивать обратно. Спустя сутки корабль достиг острова Немецкого14, где кормщик «бывал не один раз», а 29 июля пришли в «Клюсъбой». При входе в залив вновь возник спор «двух капитанов»: кормщик потребовал, чтобы, помимо якоря, судно закрепили («перлин15вывести на гору и закрепить»), Даль отказался сделать это. Разыгравшийся в ночь с 1 на 2 августа шторм стал бить судно о грунт, отчего едва не сломалась мачта. Корабельная команда обратилась за помощью к Старостину, видимо, в этот момент находившемуся с артелью на берегу. Прибывший кормщик приказал «другой хорошей перлин завести на гору» и тащить корабль к берегу. Работа, занявшая всю ночь, была отмечена и командором, велевшим всей команде «дать вина»16. После окончания шторма Старостин на двух карбасах смог вытащить якорь и перевезти его в другое место. Обращает на себя внимание позиция Акима Старостина в этом конфликте. Кормщик, сообщая в Архангельск о произошедшем, с одной стороны, высказывается в защиту русских матросов. По его словам, боцман Афанасий Булатов, знающий «против протчих ... в тонкость всю корабелную оснаску и порядок», во время шторма «для спасения корабля употребляет всевозможное свое старание и рачение»17. Боцманом были довольны матросы и иностранные «харпунщики». Промышленники-груманланы также уважали Булатова: «Ни един из артели может в чем жаловатца»18. Старостин положительно оценивал и иностранцев- китобоев: они «достойные и добрые люди, хотя и немцы»19. Но он не обвинял и Даля, отмечая, что «мне от него (командора. — С. Н.) и грумаланам моим обиды не происходило». Чувство собственного достоинства, незаменимость 10Клюсъбой — залив Белльсунн (Bellsund) на острове Западный Шпицберген. См.: Гортер А. А. О поморских топонимах на Свальбарде (архипелаг Шпицберген и острове Медвежий) // Соловецкое море: ист.-лит. альм. Вып. 21. Архангельск; М., 2022. С. 68. 11ГААО. Ф. 10. Оп. 1. Д. 86. Л. 410-410 об. 12Луда — подводный камень, открывающаяся при отливе каменная мель. 13Банка — отмель. 14Немецкий — остров из группы островов на северо-востоке архипелага Шпицберген. 15Перлин — тонкий канат. 16ГААО. Ф. 10. Оп. 1. Д. 86. Л. 411. 17Там же. Д. 109. Л. 359. 18Там же. 19Там же. Л. 361 об. 47