Труды КНЦ. Естественные и гуманитарные науки. – 2026. - № 1

не превышала 12 м и общее количество людей на ней (обычно три-четыре человека) не превышало двенадцати. Заметим, что не следует ошибочно отождествлять норвежские промысловые «ёлы» XIX — начала XX вв. с популярными среди яхтсменов XX в. иолами (yawl), а также известными морякам шестивесельными ялами. Этимология слова «ёла» в настоящее время не изучена; существуют различные предположения на этот счет, которые здесь мы не рассматриваем. Термин «ёла» в отечественной практике его применения в XIX — начале XX вв. был в значительной степени собирательным. Суда, заметно отличающиеся друг от друга размерами, грузоподъемностью и даже парусным вооружением, могли называться «ёлами» лишь в силу своего «норвежского» происхождения. В межведомственной переписке 1860-х гг. словосочетания «нордландские ёлы» (вариант: «норландские ёлы»), «норвежские ёлы» и просто «ёлы» нередко использовались в качестве синонимов даже в одном документе и на одной странице. Или же тождественность терминов в переписке специально уточнялась: «норвежские, или иначе называемые нордладские ёлы» [ГААО. Ф. 549. Оп. 3. Д. 3. Л. 5-6.]. Встречались и совсем экзотичные сочетания этих слов, как, например: «норвежская ёла нордландской постройки» [ГААО. Ф. 71. Оп. 1. Т. 1. Д. 5а. Л. 169]. В 1904 г. начальник Мурманской научно-промысловой экспедиции Л. Л. Брейтфус указывал на тождественность терминов «ёла» и «норландсбот», помещая последний термин в скобках после первого [Брейтфус, 1904, с. 1]. Также считал и Г. Ф. Гебель — известный исследователь и популяризатор Мурмана, проживший и проработавший там длительное время в 1 890 -1900-х гг., когда писал о «старо-норвежской ёле (нордландботе)» [Гебель, 1909, с. 218]. Внедрение судов типа «ёла» на Европейском Севере России началось в первой половине 1860-х гг. Министерством государственных имуществ (МГИ) в рамках мероприятий по колонизации (как тогда официально назывался процесс заселения и хозяйственного освоения) Мурмана. Одной из главных задач колонизации Мурмана было стимулирование развития рыболовства, зверобойных промыслов. По мнению естествоиспытателя Николая Яковлевича Данилевского, лично изучавшего рыбные промыслы на Севере России, норвежские ёлы были более предпочтительны для использования на Мурмане, чем шняки — традиционные русские суда аналогичного предназначения. Хотя, по мнению ряда современников Н. Я. Данилевского и авторов конца XIX — начала XX вв., превосходство ёл над более прочными дешевыми шняками было неочевидно, особенно на акватории Белого моря. 1 (13) ноября 1863 г. были высочайше утверждены «Правила о награждении медалями и денежными премиями первых в России строителей норвежских ел», в соответствии с которыми в 1864 г. первые восемь ёл были построены по специально разосланным чертежам и спущены на воду в различных местах Архангельской губернии. Их строители были представлены к наградам — серебряным медалям «За полезное» или денежным премиям в размере 100 рублей. Одновременно с этим в 1863-1865 гг. под наблюдением МГИ и при содействии российского МИД, в особенности консула в Норвегии Г. А. Мехелина, за счет казны были закуплены в Норвегии и безвозмездно розданы наиболее авторитетным, но не самым состоятельным рыбопромышленникам Архангельской губернии, десять ёл: две «больших», четыре «среднего размера» и четыре «малого размера». Таким образом, в 1863-1865 гг. российское государство фактически профинансировало строительство и приобретение как минимум 18 промысловых судов типа «ёла», благодаря чему этот тип судна стал известным в большинстве поморских селений Архангельской губернии, бывших центрами частного судостроения. Постепенно к началу 1920-х гг. ёла стала основным типом промыслового судна на мурманских рыбных промыслах. Однако ёлы там были почти исключительно норвежской постройки. У поморских судостроителей интерес к строительству ёл за прошедшие более чем полвека после их «прививания» так и не проявился, или, скажем осторожнее, был ничтожным. Норвежские рыбаки в начале XX в. активно осваивали парусно-моторные палубные боты гораздо большего водоизмещения, по сравнению с ёлами, более безопасные в эксплуатации и более комфортные для команд. Старая промысловая «посуда», как тогда ее вполне официально называли, за ненадобностью продавались русским. Труды Кольского научного центра РАН. Серия: Естественные и гуманитарные науки. 2026. Т. 5, № 1. С. 125-139. Transactions of the Kola Science Centre of RAS. Series: Natural Sciences and Humanities. 2026. Vol. 5, No. 1. P. 125-139. © Давыдов Р. А., 2026 127