Север и рынок. 2026, № 2.

СЕВЕР И РЫНОК: формирование экономического порядка. 2026. № 2. С. 97-111. Sever i rynok: formirovanie ekonomicheskogo poryadka [The North and the Market: Forming the Economic Order], 2026, no. 2, pp. 97-111. СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ СЕВЕРНЫХ ИАРКТИЧЕСКИХ МУНИЦИПАЛИТЕТОВ И РЕГИОНОВ Окончание табл. 1 1 1 2 1 3 Вознаграждение имотивация Гибкая система с акцентом на переменные выплаты Двухкомпонентная система оплаты Стандартизация и конкурентный пакет льгот Сочетание низкой базовой зарплаты ибонусов (структура оплаты труда часто включает невысокий оклад изначительные переменныекомпоненты(бонусы, надбавки за сверхурочные), зависящие от результатов работы предприятия) «Серая» схема оплаты (распространена практика выплаты зарплаты вдвух частях: минимальный официальный оклад (для снижения налогов) инеофициальная («конвертная») премиальная часть. Это минимизирует издержки работодателя, но снижает будущие пенсионные права работника) Соблюдениеминимальной заработной платы (жесткое законодательное регулирование федерального иместного уровня гарантирует минимальный уровень оплаты Патерналистскаямодель (в семейных ималых предприятиях сохраняется патернализм, где отношения с работодателем выходят за сугубо денеж­ ные рамки и включают неформальную поддержку) Конкурентный пакетльгот (для привлечения работников малый бизнес конкурирует с крупными компаниями, предлагая гибкий график, опционы на акции (в стартапах), медицинскую страховку и прочие льготы) Влияние цифровойтрансформации Платформенная занятость как массовый феномен Развитие платформенной занятости и правовой вакуум «Гиг-экономика» и правовые коллизии Массовое распространение получили новые формы труда, опосредованные цифровыми платформами (доставка, пассажирские перевозки, e-commerce). Этосоздаетгибкость, но стирает граньмежду наемным работником и самозанятым, ограничивая доступ к трудовым правам Правовая неопределенность (феномен платформенной занятости активно развивается, но его правовое регулирование требует совершенствования) Дискуссия о статусеработника (активное развитие «гиг-экономики» (Uber, DoorDash) породило острую правовую и политическую дискуссиюо классификации таких работников как наемных сотрудников или независимых подрядчиков, что должно определять права и социальные гарантии) Примечание. Источник: составлено автором по [14-16; 17-24]. Таким образом, можно выделить три модели занятости в малом предпринимательстве. Во-первых, китайская модель, характеризующаяся гибкостью и масштабами, основанная на внутренней миграции, платформенной интеграции и разрыве формального права и неформальной практики. Во-вторых, американская модель, которая отличается регламентированной гибкостью, сочетающей жесткую защиту базовых прав (при доктрине "at-will") с развитой системой мотивации для конкуренции за высококвалифицированных работников. И, в-третьих, российская модель, которой присуща институциональная двойственность, выражающаяся в жесткости формального законодательства, которое на практике вытесняется теневыми схемами найма с целью минимизации издержек бизнеса, но де-факто лишает работников социальной защиты. Обсуждение Демографические прогнозы Росстата показывают не совсем благоприятные перспективы для российского рынка труда: к 2035 г. сокращение рабочих возрастов приведет к снижению занятости на 3 -4 млн человек. Это может стать негативным шоком со стороны предложения труда [25]. В большинстве северных регионов в 1990-е гг. наблюдалась трудовая избыточность и основным демографическим дивидендом был высокий удельный вес населения в трудоспособном возрасте. К 2000-м гг. некоторые северные регионы столкнулись с сильным дефицитом кадров, а за последние десять рассматриваемых лет произошло сокращение трудоспособного населения, т. е. Север уже потерял свой основной демографический дивиденд. Если посмотреть на динамику численности населения (рис. 1), то видим сужение северного населения: уже начиная с рассматриваемого 2000 г. на Севере наблюдался отрицательный рост на уровне 1,1 % в год (на правой шкале — данные о приросте населения), а в последующие годы темпы колеблются, но в целом имеют отрицательную тенденцию. На экономический рост, инновационный потенциал, как показывают исследования, влияет гендерная структура населения [25; 26]. По данным Росстата, число северных женщин на 1 000 мужчин составляло в 2023 г. 1 135 человек. При этом соотношение полов в северных регионах за более длительный период времени указывает на значительную деформацию полового состава северного населения России. За рассматриваемые 2000-2023 гг. число мужчин на 1 000 женщин снижалось. Исследования по женскому предпринимательству [8] показывают, что они чаще всего находят себя в малом бизнесе. Так, по результатам аналитического исследования налоговой службы РФ2, чуть больше 40,0 % женщин руководят малым бизнесом. Это высокий показатель, поскольку женщины в целом менее склонны к риску. 2ФНС России подсчитала, сколько женщин занято в малом бизнесе. URL: https://www.nalog.gov.ru/rn77/news/activities_fts/10662978/ (дата обращения: 14.11.2025). ©Терентьева М. А., 2026 100