Кичигин В. Териберский рубеж / Владимир Кичигин. - Санкт-Петербург : Онлайн типография «Дари книги», 2025. – 196 с.

но на медкомиссии тормознули. Нашли затемнение в легких и от­ правили в онкологический диспансер. Ну и там подтвердилось, что у меня рак крови. Сказали: жить осталось три месяца. Помню, втот вечер достал я припасенную бутылку коньяка и ста­ ли мы с соседом по палате выпивать. Сосед и говорит: - Ну и чего тогда ты сидишь здесь, зачем? Вот отправят наши врачи твои анализы в Питер, там другие врачи будут их смотреть. А здесь тебя будут колоть, облучать. А у тебя есть три месяца жизни, и надо их прожить нормально. Понял, что сосед прав. Написал врачу расписку, отправил жену с детьми в отпуск, набрал в магазине водки, сколько смог унести, - и ушел в тундру. А я - любитель-рыболов и знал землянку хорошую вдали от цивилизации. Там и жил - ловил рыбу, на костре поесть готовил. Тепло, хорошо, и лебеди по озеру плавают. А когда водка кончилась - мне тоскливо стало. Вспомнил, что не так далеко, два дня хода, в лесу избушка есть, там лопари живут. Пошел к ним. Семья, муж с женой, жили в той избушке по полгода: рыбку ловят, грибочки сушат, ягоды собирают. И зимой вывозят по льду. Рас­ сказал я им свою историю и задержался в избушке надолго. У них там стояла бочка с брагой, литров на двести, так что мы попивали брагу, что-то там еще мне лопарка из кореньев и лесной живности давала. Проходит месяца три, подходит мой срок помирать. И я поехал в город. Прихожу в онкологию, к своему врачу. Сделали снимки, и врачиха говорит: - У вас ремиссия. Этого не может быть! Ремиссия - это, значит, улучшение. И она была очень удивлена, что мне лучше стало. Спрашивает: вы чем лечились? Тут я вспом­ нил, что у моих друзей ребенок маленький есть. А тогда популярна очень была уринотерапия. Ну я ей и наплел, мол, пил два-три раза в день детскую мочу... Так та врачиха, не поверишь, потом на этом кандидатскую защитила. Просто цирк какой-то! Вернули меня на работу, но в море не пускают. На медкомиссии заставляют опять все анализы проходить. И я пошел работать ря­ довым диспетчером. Оклад 120 рэ, перспектив никаких. Тем не ме­ нее, через три года стал главным флотским диспетчером, увидел в жизни горизонты. А главное - живой. Живу! - 289 -