Труды КНЦ (Естественные и гуманитарные науки вып.1/2025(4))

педагогов, развитие рефлексивности и критического мышления, а также создание более инклюзивной и эмпатичной образовательной среды. М. С. Гусельцева раскрывает культурную терапию как «процесс доведения этих иллюзий до сознательной реализации, чтобы с ними можно было работать в ходе обсуждения и обучающего опыта» [9]. Проблемы адаптации учителей к школе, выявленные в исследовании Барановой и Маслинского, в частности сложности с усвоением дисциплинарного кода [13], подчеркивают актуальность культурной терапии для российского образования, указывая на необходимость осознания и преодоления неявных культурных норм и стереотипов, влияющих на образовательный процесс. В российском контексте культурная терапия может быть применена для работы с этнокультурными стереотипами, предубеждениями в отношении социальных групп или для развития межкультурной компетентности в поликультурных регионах. Методологический инструментарий антропологического исследования российского образования Для реализации антропологической перспективы в исследовании российского образования необходим комплексный методологический подход, сочетающий качественные методы с глубоким контекстуальным анализом. Предлагаемый инструментарий опирается на традиционные для антропологии этнографические методы, дополненные нарративным и контекстуальным подходами, что позволяет обеспечить многоаспектное и глубокое изучение образовательного пространства России. Новаторство статьи заключается в предложении комплексного методологического инструментария, адаптированного для исследования российского образования с антропологической перспективы и обоснованного не только общими описаниями методов, но и ссылками на авторитетные исследования в области качественной методологии [14-16]. Именно этнографические методы позволяют получить «взгляд изнутри» на образовательные практики, раскрыть неформальные аспекты школьной жизни и понять культурные смыслы, которые остаются незамеченными при использовании количественных методов или формализованных опросов. Исследование идентичности учителей [13] является примером успешного применения этнографических методов, в частности глубинных интервью, для изучения российского образования с антропологической перспективы. К основным этнографическим методам, наиболее релевантным для исследования российского образования, относятся следующие. Включенное и невключенное наблюдение. Методы, позволяющие исследователю непосредственно наблюдать за образовательным процессом в естественной среде [14]. Включенное наблюдение предполагает активное участие исследователя в жизни образовательного учреждения, например, посещение уроков в разных классах, участие во внеклассных мероприятиях, педагогических советах, общение с учениками и учителями в неформальной обстановке. Это дает возможность понять логику действий участников образовательного процесса изнутри, увидеть скрытые правила и нормы школьной жизни. Невключенное наблюдение предполагает позицию «стороннего наблюдателя», позволяя фиксировать паттерны поведения и взаимодействия, менее зависимые от присутствия исследователя. В российской школе, например, наблюдение может быть направлено на анализ взаимодействия учителя и учеников на уроках литературы, поведения учеников на переменах, способов организации классного пространства или ритуалов проведения школьных мероприятий, таких, как «последний звонок» или празднование дня учителя. Важно отметить, что антропологическое наблюдение не ограничивается простым описанием видимого поведения, но стремится к интерпретации культурных смыслов и контекстов наблюдаемых явлений [15]. Оба вида наблюдения могут быть дополнены аудио- и видеофиксацией для более детального анализа. Интервью. Метод сбора информации путем целенаправленной беседы с участниками образовательного процесса [16]. Глубинные интервью с учителями, учениками, администрацией образовательных учреждений, родителями позволяют выявить их субъективные мнения, ценности, установки, представления об образовании, а также особенности их личного опыта в образовательной среде. Полуструктурированные интервью предполагают наличие заранее разработанного плана беседы, оставляя при этом пространство для гибкости и спонтанности диалога. Этнографическое интервью, в отличие от социологического опроса, ориентировано не на получение стандартизированных ответов, а на раскрытие Труды Кольского научного центра РАН. Серия: Естественные и гуманитарные науки. 2025. Т. 4, № 1. С. 57-67. Transactions of the Kola Science Centre of RAS. Series: Natural Sciences and Humanities. 2025. Vol. 4, No. 1. P. 57-67. © Лисицинский А. М., 2025 60