Труды КНЦ (Естественные и гуманитарные науки вып.4/2025(4))

к югу, защищенном от холодных ветров и удаленном от болот. Как правило, подсеки разрабатывались артельно, товариществами по два-три дома, с разделением урожая в соответствии с числом рабочих и количеством семян от каждого дома. Однако возделывание земли при так называемом нивном хозяйстве было делом весьма трудозатратным. Для посева каждый раз выбиралось новое место, поросшее смешанным, преимущественно лиственным (осина, береза, ольха), редколесьем, обработка которого затягивалась на три летних сезона, хлеб собирали лишь на четвертый год. Землю не пахали, сеяли рожь и бороновали. Ниву использовали только один раз, на второй год хлеб на ней не родился. На старые подсечные места возвращались через 15-20-30-летний период времени18. К 70-м годам XIX века древесина стала важным источником экспорта, в результате чего правительство запретило использование системы подсечно-огневого земледелия. В особом положении оказались лишь крестьяне Кемского уезда, которым в виду малоземелья (на двор приходилось не более четырех десятин сельхозугодий), разрешались расчистки под постоянную пашню и сенокос в размере 15 десятин на душу с правом пользования без уплаты оброка в течение 40 лет. Однако население уезда практически не пользовалось предоставленной льготой в связи с ограниченностью рабочих рук, нехваткой удобрений, отсутствием удобных мест под расчистки вблизи мест проживания, а также ограничительным сроком использования. К началу ХХ века размер полевых угодий крестьянских дворов в Кемском уезде составлял в среднем 5 десятин надельных угодий и 0,5 десятины расчистки [1: 101]. На подсеках сеяли исключительно рожь, на полях преимущественно ячмень и овес. Из овощей выращивали брюкву, лук, репу и картофель. Неплохим подспорьем для карельских семей, особенно в неурожайные годы, служили дары леса: ягоды (брусника, вороника, незначительное количество черники, а в урожайные годы собирали морошку) и грибы (волнухи и грузди)19. Помимо природно-климатических условий, на урожайность влияли другие факторы. Плохая обработка земли была связана, с одной стороны, с малочисленностью скота в крестьянских хозяйствах, с другой стороны, с отсутствием рабочих рук, связанным с широким участием мужского населения в отхожих промыслах. Летом полторы-две сотни карельских крестьян нанимались к богатым поморам на сенокос, получая за свои труды от 5 до 10 рублей на человека. Мужчины, побывавшие в Финляндии в качестве торговцев-коробейников, почти отвыкли от трудной физической работы. Те, кому в торговле не повезло, были вынуждены заниматься ведением хозяйства. Работа шла с неохотой, что сказывалось на качестве обработки почвы и на получение урожая20. Скотоводство также было развито слабо. Даже самые зажиточные карелы имели в своем распоряжении 4-5 коров, десяток овец и 1-2 лошади. У бедного населения Кемского уезда 1 корова приходилась на пятерых, одна овца — на трех, одна лошадь — на 15 жителей21. Неудовлетворительное состояние лугов и в целом недостаток сенокосов, поскольку более 90 % их приходилось на низкокачественные, заболоченные и лесные места [2: 262], сказывались на питании скота. Сеном кормили только лошадей. Коровам и овцам в корм шла солома, осока и пойло из березовых и ивовых листьев, различных трав, квашеных грибов и рыбных костей22. Помимо нехватки лугов, причиной недостатка сена являлись отлучки местного населения на промыслы, главным образом, на морские, приходящиеся как раз на период заготовки сена [3: 65]. Малочисленность домашнего скота вызывала отсутствие производства органических удобрений, которые можно было бы использовать для подкормки пашенной земли. Недостаток сенокосов, сказывавшийся на питании скота, в свою очередь, влиял на производство молочной продукции, которая могла бы стать прочным подспорьем в хозяйстве беломорских крестьян, особенно в неурожайные, голодные годы. Однако чаще всего домашний скот использовался в качестве обеспечения хозяйства тягловой силой и не рассматривался как источник получения дополнительного питания. Домашней промышленностью карельское население занималось мало. Традиционным было плетение рыболовных снастей и изготовление туесков, предназначенных для сбора даров леса. Имеющиеся источники свидетельствуют, что выделка сукна из овечьей шерсти, выделывание кожи и овчины, ткачество не имели характера промыслов, а служили удовлетворению домашних нужд. В связи с введением пошлины на дрова потерял свою силу некогда значительно развитый в Беломорской Карелии кузнечный промысел. К концу XIX столетия им занимались лишь несколько человек в селе Маслозеро23. Труды Кольского научного центра РАН. Серия: Естественные и гуманитарные науки. 2025. Т. 4, № 4. С. 30-38. Transactions of the Kola Science Centre of RAS. Series: Natural Sciences and Humanities. 2025. Vol. 4, No. 4. P. 30-38. © Нестерова И. С., 2025 33