Труды КНЦ (Естественные и гуманитарные науки вып.4/2025(4))

сложный из всех существующих искусственных. По эмоциональности ему ровней может быть лишь театральный свет в статических, кульминационных сценах. Музейный свет психоэмоционально воздействует на публику. Им можно вызвать восторг, а можно создать неосознанную неприязнь... Музейный свет призван раскрывать преимущества и скрывать утраты» [9: 77]. При художественном и техническом оформлении выставки видится довольно непростой задача освещения предметов, имеющих ярко выраженный объем, матовую поверхность и при этом довольно однотонный цвет поверхности. В экспозиции музея могут находиться предметы, состоящие из соединенных между собой фрагментов тел вращения. Типичными телами вращения являются цилиндр и конус [10: 31, 36]. В некоторых случаях предметы могут быть состоящими из соединенных фрагментов тел вращения и одновременно имеющими однородный цвет своей матовой поверхности. И эти предметы могут нести историческую и культурную ценность, быть напрямую связаны с человеческой личностью (автор/владелец) и обладать явными признаками «нематериального культурного наследия». Предметами, попадающими под все перечисленные критерии, можно считать некоторые археологические экспонаты, а именно керамические сосуды эпохи неолита. Д. А. Авдусин пишет: «Керамику считают основным признаком н е о л и т а . Несмотря на примитивность изготовления, сосуды иногда имели тонкие стенки и относительную симметричность. форма горшков была часто полуяйцевидной, иначе — остродонной. Остродонные сосуды было удобнее ставить между камнями или же в небольшой ямке, вокруг которой разводили к о с т е р . Сосуды орнаментировали чаще всего штампом, наколами или узором, который прочерчивался палочкой по сырой глине» [11: 57-58]. Д. Д. Макиевская подчеркивает: «Предметы археологии занимают важное место среди экспонатов музея, поскольку являются подлинным историческим источником» [12: 44]. Удачное освещение археологических экспонатов (керамических сосудов) дает возможность специалистам различных наук проявить к ним интерес. Семиотика материальных объектов — предметов, находящихся в музейных выставках, может быть интересна для этнографов и антропологов. Семиотические аспекты значения вещей у людей прошлых поколений основательно разобраны А. К. Байбуриным в ряде работ. В 1981 году он писал: «Один из наиболее интересных способов изменения семиотического статуса объекта, используемого обычно в бытовых, хозяйственных целях, — включение его в ритуальный контекст. “Язык вещей” оказывается более приспособленным к передаче ритуальной информации, нежели вербальный, хотя они и могут выступать как взаимодополнительные языки» [13, с. 224]. Позже, касаясь значения «архаической и традиционной вещи», исследователь отметил: «Культурная значимость и ценность архаической и традиционной вещи была существенно выше современной. отсутствует та специализация знаковых систем, то разделение на мир знаков и мир вещей, которые так характерны для современного общества. Здесь вещи всегда суть зн а к и . » [14: 70-71]. Несмотря на то, что время создания и использования керамического сосуда эпохи неолита от нас довольно далеко, эти утверждения относительно семиотики бытового предмета к такому сосуду вполне применимы. Учитывая, что керамический сосуд использовался для приготовления пищи и, вероятнее всего, применялся также при совместной трапезе людей, значение его в обществе своего времени интересно для специалистов, изучающих историю и культурное развитие человечества. С. А. Токарев писал: «Материальная вещь не может интересовать этнографа вне ее социального бытования, вне ее отношения к человеку — тому, кто ее создал, и тому, кто ею пользуется . Совместные трапезы на всех ступенях исторического развития были и остаются одной из важнейших форм бытового общения между лю д ьм и . самый акт совместной еды и питья зачастую есть не только проявление дружбы и родства между людьми, но в ряде случаев он сам создает отношения дружбы или р о д с т в а . Ритуальное значение совместной еды подчеркивается в определённых случаях употреблением особых “обрядовых” куш аний . в круг общающихся личностей включается в этом случае и божество, дух-покровитель семьи, дух предка: и он принимает участие в ритуальной трапезе» [15: 3-6]. Труды Кольского научного центра РАН. Серия: Естественные и гуманитарные науки. 2025. Т. 4, № 4. С. 101-109. Transactions of the Kola Science Centre of RAS. Series: Natural Sciences and Humanities. 2025. Vol. 4, No. 4. P. 101-109. © Травин И. А., 2025 104