Арктика 2035: актуальные вопросы, проблемы, решения. 2025, №2.

Интересный пример инте гра­ ции ИИ в процесс прогнозирования чре звычайны х ситуаций пред­ ставляет собой ал гори тмиче ­ ский комплекс FireCast AI Особый интерес представляют раз­ работки в области роевых техноло ­ гий, где ключе­ вую роль играет взаимодействие между десятками ав тономны х БПЛА в рамках еди ­ ной архитектуры управления химического или радиационного заражения позволяет значительно снизить ри­ ски для персонала, одновременно ускоряя доступ к критически важной информа­ ции о состоянии объектов. Подобные решения могут быть особенно полезны при ликвидации последствий аварий на промышленных объектах, расположенных в удаленных районах Севера, где затруднен доступ спасательных команд. Интересный пример интеграции ИИ в процесс прогнозирования чрезвычайных ситуаций представляет собой алгоритмический комплекс FireCast AI, направлен­ ный на предсказание траекторий распространения природных пожаров [10]. Система использует методы машинного обучения и анализирует обширные мас­ сивы данных, включая спутниковые снимки, метеосводки, информацию о рельефе и типе растительности. В результате формируется динамическая карта, на которой с высокой вероятностью указываются направления и скорость распространения огня. Эффективность данной платформы была доказана в Австралии и США, а с 2023 года ее адаптация осуществляется и в российских условиях. В частности, в Иркутской области и Бурятии были проведены пилотные испытания, показавшие значительное улучшение в координации действий наземных служб и авиации. Потенциал данной технологии особенно велик в условиях трансграничных пожа­ ров, распространенных в приграничных с Китаем и Монголией районах Сибири и Дальнего Востока, при которых необходимо синхронизировать действия между несколькими субъектами или странами. Адаптация данной системы к условиям северных лесов с учетом специфики растительности и климата представляется перспективным направлением. Еще одним направлением применения БПЛА, получившим широкое международ­ ное распространение, является доставка гуманитарных грузов в труднодоступные районы. Яркий пример здесь — беспилотные платформы Zipline, разработанные для точечной доставки медикаментов, вакцин и крови [11]. Управляемые центра­ лизованным ИИ-логистическим центром, дроны совершают рейсы по заранее рассчитанным траекториям, адаптируемым в реальном времени в зависимости от метеоусловий и загруженности воздушных коридоров. Благодаря точности и на­ дежности платформы система используется более чем в 10 странах Африки и Азии. С учетом российских реалий подобная система представляется перспективной для использования в Арктике, на Дальнем Востоке и в районах с разрушенной транс­ портной инфраструктурой в результате паводков или снежных заносов [12]. Вне­ дрение подобных систем в северных регионах позволит обеспечить своевремен­ ную доставку необходимых ресурсов в отдаленные населенные пункты и вахтовые поселки. В данном случае это прекрасное применение данной технологии и в обычное время, в некритической ситуации. Особый интерес представляют разработки в области роевых технологий, где ключевую роль играет взаимодействие между десятками автономных БПЛА в рамках единой архитектуры управления. Одной из таких является платформа UAV Disaster Management, разработанная Корейским институтом передовых тех­ нологий (KAIST). Эта мультиагентная система обеспечивает автономное распре­ деление задач между дронами в зависимости от их возможностей, текущего со­ стояния и окружающей обстановки. Алгоритмы роевой координации позволяют оперативно охватывать большие территории, синхронно осуществляя разведку, картографирование и передачу данных. Платформа уже была задействована в совместных учениях Южной Кореи и Японии по реагированию на трансгра­ ничные чрезвычайные ситуации и показала высокую устойчивость к потере связи и внешним помехам [13]. Применение роевых технологий особенно актуально для мониторинга протяженных арктических побережий и морских акваторий, где необходимо оперативно обнаруживать разливы нефти и другие экологические угрозы. 76 I АРКТИКА 2035: актуальные вопросы, проблемы, решения | № 2 (22) 2025