Смоленский, В. А. Мастерский норматив : воспоминания / Вячеслав Смоленский. – Москва : Эдитус, 2025. - 460 с. : ил., портр.

М а с т е р с к и й н о р м а т и в 51 ку истопить. Знай зуёк успевай да поторапливайся! Как прави­ ло, на носу рыбацкой ёлы был очаг, на котором и чай готовили, и пищу разогревали. Назывался этот очаг — алаг. Заведовал этим очагом зуёк. Поскольку зуйками были дети, то их звали: молодой матрос с алага. Вот отсюда и пошло слово «салага». Повзрослев, дедушка Андрей и сам стал капитанить. За­ матерел. Женился. В жены взял молодую, красивую девушку Анну из соседнего села. Зажил жизнью семейной. С такими же моряками, как и он, на крепких ёлах под парусом доходил до Норвегии, торговал там рыбой. Пристрастился к картам и играл удачно, часто выигрывал. Выигрыш посылал молодой жене, с припиской: «От норвежского короля». Король, видимо, имелся в виду карточный. В то время уже можно было посы­ лать деньги по почте или телеграфу. В море уходили надолго, и связь с родными практически отсутствовала. Случалось, кто-то из рыбаков и не возвращался домой, море его забирало. Детская смертность в поморских семьях тоже была высокой — рожали много, но выживали далеко не все. Об умерших детях сильно не горевали, за повседневными заботами переживать было некогда: «Бог дал, Бог взял». Погибали и роженицы. Ба­ бушка Анна, будучи беременной третьим ребенком, подняла что-то тяжелое, и у нее произошел выкидыш. Местный фельд­ шер не отправил ее в больницу, решил, что справится сам. Но не справился, время упустил — и когда велел дедушке за­ прягать в сани лошадь и вести жену в Онегу, было уже поздно. Бабушка Анна умерла совсем молодой. Достигнув призывного возраста, дедушка Андрей ушел в армию. За рост и стать его отправили в Петербург и опреде­ лили в пятую роту Лейб-Гвардии 3-го стрелкового Его Вели­ чества полка. Этой вехой своей биографии дедушка гордился, хотя распространяться о ней не любил. Но об одном обстоя­ тельстве говорил часто — особенно когда был выпивши. А вы­ пить он мог много, иногда переступая край. И тогда вспоми­ нал, что во времена своей военной службы выступал на сцене Мариинского театра. Глядя на бабушку Дуню помутневшим