Смоленский, В. А. Мастерский норматив : воспоминания / Вячеслав Смоленский. – Москва : Эдитус, 2025. - 460 с. : ил., портр.

М а с т е р с к и й н о р м а т и в 385 предсказуемы. Под Никелем большими хлопьями повалил снег и шел без остановки более двух часов. Когда возвращались до­ мой, вся дорога была заметена свежевыпавшим снегом. Перед нами не прошла ни одна машина, наезженной колеи не было. Я понимал, что на летней резине ехать надо крайне осторожно, и двигался медленно. Но на спуске к озеру Каскамаярви техни­ ка полностью вышла у меня из повиновения. Приобретенный за годы опыт по выводу автомобиля из заноса ничего не дал. Нас потащило влево и бросило в кювет. Машина наклонилась так сильно, что стало ясно: еще мгновение, и она перевернется. Лишь в самый последний момент что-то ее остановило, и она встала на колеса. Я крутанул руль вправо, и машину из кювета швырнуло обратно на дорогу. Здесь я легко справился с управ­ лением и остановился. Мы с женой выбрались из машины, по­ дошли друг к другу и молча поцеловались: судьба нас хранила. Повреждения были незначительные: слетел номер и немно­ го помялось крыло. Оставшийся путь мы проехали без при­ ключений. Но самое страшное, что может случиться с водителем — это сон за рулем. Однажды я столкнулся с этим вплотную. Была зима. На обочинах после чистки дороги — глыбы снега. Мы, опять же, возвращались домой из Никеля. Меня неудержимо клонило ко сну. Опыт говорил: остановись, приляг на рулевое колесо и несколько минут вздремни. Либо выйди на улицу и по­ гуляй. Я ни того, ни другого не сделал. Вопиющее легкомыслие! Жена увидела мое состояние и велела остановиться. Я ска­ зал, что сейчас проеду мост через реку Лаукку и остановлюсь. Но на мосту заснул. Как его проехал, не помню. Очнулся от того, что вдруг увидел перед собой снежные торосы, на которые взбирается машина. Автоматически затормозил, но было позд­ но. Я вышел на дорогу. Посмотрел на следы своего преступного легкомыслия. Мне опять здорово повезло. Технику не повре­ дил, но выбраться на дорогу было не под силу. На наше счастье из Никеля шел пассажирский автобус, который вытащил нас из снежного плена. Наука была на всю оставшуюся жизнь.