Смоленский, В. А. Мастерский норматив : воспоминания / Вячеслав Смоленский. – Москва : Эдитус, 2025. - 460 с. : ил., портр.

178 В я ч е с л а в С м о л е н с к и й с лицом аскета, худой как велосипед, с тоненькими усиками на капризной губе и коком из крашеных волос на голове. Тем не менее для девиц он был непререкаемым авторитетом. Если Сташек что-то говорил, они замирали, приоткрывали рты и не моргая на него смотрели. Вот и сейчас пан Сташек загово­ рил медленно, авторитетно, делая значительные паузы — тем самым как бы давая понять, что просто так он ничего не про­ износит: — Жизнь, мои коханы, это не дорога, усыпанная розами. На вашем пути будет много препятствий. Их надо уметь преду­ гадать и преодолеть. В противном случае вы будете просто раз­ давлены. Девицы, перебивая друг друга, защебетали: — Пан Стаею, пан Стаею! Если бы вы знали, как невыноси­ мо трудно стало жить! — Да, да, пан Стаею, да! Кругом одна ложь! Одна ложь! Ве­ рить никому нельзя! Парикмахер перестал надо мной колдовать и посмотрел на своих помощниц: — Да, мои коханы! Верить никому нельзя! Никому! Даже са­ мому себе! Пан Сташек сделал многозначительную паузу. Девицы смо­ трели на него не отрываясь. Он продолжил: — Да-да! Нельзя верить даже самому себе! Вот вчера вече­ ром, после ужина я хотел пукнуть... И замолчал. Девушки еще шире открыли рты и нетерпели­ во зацокали: — И цо, пан Стаею? Цо? Пан Сташек для важности момента еще чуть помолчал и фразу закончил: — Цо?! Хотел пукнуть и — обосрався! В ответ никаких улыбок, никаких смешочков. Полное пони­ мание момента и сочувствие: — Да, пан Стаею, да! Ив самом деле, нельзя верить даже себе! Как я удержался от смеха, до сих пор понять не могу.