Семенов, В. На пути к себе : воспоминания, стихотворения / Владимир Семенов. – Санкт-Петербург : [б. и.], 2025. – 320 с. : ил.

Первое сегодня звучит уже как не мое, и я не включал его в даль­ нейшем ни в один из сборников, но две последние строчки из «До­ лины смерти» будут жить на Мурмане долго: Здесь, над слоем вечной мерзлоты, слоем вечного тепла лежат солдаты. Инемыслимо было не узнать меня на портрете кисти Шатохина, предваряющем стихи, как бы осеняющем их. В преамбуле я был представлен как «военнослужащий, по образованию инженер-кон- структор. Живет в Заполярье. Подготовил к печати первый сборник стихов». Вся эта неправда, то есть правда, выданная авансом, —еще одно действие Малахова, подталкивавшее мой переезд. Публикация в «Севере» была важна психологически. Будучи пер­ вой, и сразу в журнале для профессионалов, она как бы напечатала мне пропуск в серьезную литературу, в поэзию, которую я к тому времени уже успел полюбить, хотя и не успел еще проникнуть в са­ мые сокровенные ее смыслы. Да и давно ли я не видел в ней вообще никакого смысла? Чтобы демобилизоваться пораньше, согласился на прохожде­ ние краткосрочных офицерских курсов. С курсантами расставались по-хорошему. Они даже всем взводом скинулись и подарили мне красивую гитару со звукоснимателем... Прошли два месяца интенсивных занятий, и вот уже в сентя­ бре 1966-го ворота в/ч 11596 навсегда выпустили меня на свободу. Правда, с военным билетом младшего лейтенанта запаса, то есть с несвободой в запасе. В Питере всё шло своим чередом. Бориска учился в Лесотех­ нической академии, Тамара и Алик пестовали появившегося у них маленького Славика, копили денежки на кооператив. Мама им по­ могала. Я восстановился в институте, перешел на заочный, набрал с собой заданий на семестр и вылетел в Мурманск. В аэропорту, который был тогда в 50 км от города, меня встретил Малахов на черной «Волге». Жить договорились вместе, в двухкомнатной квартире, пода­ ренной композитору городскими властями. Другого варианта Ма­ лахов не допускал. В мое полное распоряжение поступила задняя, непроходная комната, где уже стояли письменный стол и диван.