Маслов, В. С. Внутренний рынок : роман / В. С. Маслов. - Москва: Совет. писатель, 1991. - 489, [1] с.

Рогачев вылез наконец из машины и двинулся внутрь квартала. — Последний раз предупреждаю, Кирилл Максимович! Если сейчас же не прекратите, я вас оштрафую! Всех че­ тырех! З а нарушение положения о содержании городов и поселков городского типа! — Штрафуйте, Авраам Федосьевич! Но учти, квитанцию твою — прямо в ЦК пошлю! Так и знай! — На партконференции в ноябре вы уже шумели! Только потому в протокол вашей кляузы не записали, что документов партийных не хотели ею пачкать, Кирилл М а к ­ симович! Но вы и всю страну рады были бы взбаламутить из-за десяти метров возле собственной помойки! — Я б тебе показал, как помойкой эту землю называть! Это не метры, э т о — земля! Тридцать две сотки кварталь­ ные, может быть, всем здешним четырем домам, семнадцати здешним тогдашним семьям, бабам и детям, жизнь спасли! Этой бы земле, если ты умный, памятник поставить! Жалко, что Федосий, отец твой, проделок твоих не видит. Спустил бы он с тебя штаны да так бы отхвостал!.. Когда земли ве­ ликовисочной кус захотели отхватить и соседям отдать, мол — ихняя она, отец твой, в сельсовете он тогда правил,— на дыбы! Грех, говорит, нам от своей земли отказываться! Нашел все старые затеей, восстановил межи, вкопал стол­ бики. Ни району, ни уполномоченным никаким,— ни метра не уступил! — А потом даже от собственной земли отказался и вслед за тобой, великим землелюбом, здесь оказался! — Очухайся! И хоть посмертно его, голову за нас по­ ложившего, пожалей! То, из-за чего он из деревни уехал, выше человека бывает, не переступишь! И не из-за баб,— не был он ни бабник, ни распутник!.. А ты — сын!.. Звони на меня, жалуйся! Из партии за это меня не выставят! Рогачев дослушал терпеливо, о своем думая и усмехаясь. Перед тем как к машине повернуть, сказал спокойно: — Я вас в очередной раз предупредил. Я посажен здесь не рассусоливать, а вести установленную линию, постанов­ ленья выполнять! — Какую линию?! — воскликнул Кирилл Максимович. — Знаем. И вы тоже не хуже меня знаете! Укатила машина, п еревалив аясь'на мягких колдобинах. З а е зж а л а с Урицкого, выехала — на Люксембург. — Очередное сражение — в чью пользу? — засмеялся Окся. 287