Коржов Д. В. Полюшко-поле / Дмитрий Коржов. – Мурманск : МОО ООО «Союз писателей России», 2026. – 304 с.

было тихо, ни шевеления, ни стука, ни грюка вилок-ложек- рюмок, словно и нет никого. А потом - прорвало! Овация даже не грянула, она обрушилась в зал неостановимой, абсолютной силой, заполняя собой всё, даже самые укромные, дальние уголки и заповедные местечки. - Да он бог! - громогласно, во всеуслышание заявил Поэт, как только смолкли аплодисменты. И приказал - так, словно вновь в войну вернулся: - Качать Композитора! Местные первыми откликнулись. Бросились к нему ото всех столов, подхватили, перенесли предусмотрительно подальше от рюмок и скатертей, штофов и бутылок, наших и ваших, на свободное чистое место, поближе к гардеробу. Тут и русские, ведомые Поэтом, подоспели. Ну и - качать! Земля, то есть руки друзей, - небо, то есть ресторанное подпотолочье, земля-небо! Когда его, наконец, поставили на землю, то бишь, паркетный ресторанный пол, первое, что он увидел, когда пришёл в себя, был официант с подносом - маленьким, серебристым, видимо, серебряным, а на нём - две рюмки с чем-то чуть желтоватого цвета. Опознать содержимое было нетрудно. - Сливовица! - выдохнул кто-то с удовольствием. Официант кивнул и, обращаясь стоявшим рядом к Николаю и Льву сказал: - Это вам, брача русы! Те с почтением приняли дар, подняли. - Живели! - вскричали окружавшие их хорваты. - Будем жить, Композитор! - перед тем, к а к опрокинуть рюмку, провозгласил Поэт. - Будем жить, Поэт! - вторил ему Композитор. Они обнялись и, дружески переговариваясь, вместе двину­ лись к столам. - А почему в форме-то? - задал Лев вопрос, который не да­ вал ему покоя весь вечер. - Служишь у сербов? Поэт посерьёзнел и строго ответил: 47