Коржов Д. В. Полюшко-поле / Дмитрий Коржов. – Мурманск : МОО ООО «Союз писателей России», 2026. – 304 с.

скука... Вот у Чехова порой такая скука, что плакать хочется!»): Лев рассказал о новой своей симфонии, одну из тем которой они только что слышали и которой, кажется, не видно конца: то идёт, то замрёт. Не говорил только Виктор. Причём он вроде бы и в словесной сумятице всеобщей участвовал, то и дело кивал понятливо, но отстранился, словно в нездешний мир проскользнул, стеной невидимой от всех укрылся. И пить перестал. Пожалуй, имен­ но последнее, а не его молчание заставило гостей, наконец, вспомнить о хозяине. - Витя, а ты-то что молчишь? - спросил его Константин и, видно боясь, что тот не услышит, тронул сидевшего рядом друга за рукав, и продолжил громче: - Да! И не пьёшь даже... Тот очнулся, огляделся, понял, где он, но сразу возвращаться не стал, - сделал Косте останавливающий жест рукой, чуть отдаляя его и всех от себя, достал блокнот и принялся что-то быстро записывать. Константин, видимо, привычный к странностям поэта, какое-то время спокойно наблюдал происходящее, а потом, не посчитав это достаточным препятствием для продолжения банкета, почти официальным, обязывающим тоном объявил: - А мы-таки выпьем. За искусство! Пока они выпивали и закусывали, Виктор закончил писать. И всё ж таки вернулся к ним, обвёл всех довольным взглядом. В этот момент он очень напоминал хитрого бродячего кота, только что в удовольствие полакомившегося собственноручно пойманной мышкой. Он дождался, чтобы послерюмочная суета чуть стихла, и заговорил. - Вы простите меня, друзья... - извинился он перед всеми, а перед Книппером - отдельно, почти расшаркался: - Особенно вы, дорогой Лев Константинович, извините нежестокосердно. Общее недоумение и чей-то вопрос: «Витя, да за что?» - были ему ответом. Виктор неловко потупился. При этом он продолжал напоминать кота, но на сей раз нашкодившего. 265