Коржов Д. В. Полюшко-поле / Дмитрий Коржов. – Мурманск : МОО ООО «Союз писателей России», 2026. – 304 с.

- За полный разгром немецких захватчиков. Смерть немец­ ким оккупантам! Да здравствует наша славная Родина, её сво­ бода, её независимость. Под непобедимым знаменем Ленина вперёд, к победе! Ему в этот день говорилось с трудом. Он всегда сначала делал над собой усилие, а потом уже, набрав ход, почувство­ вав зал, ощутив его слабость, а порой и восторг перед собой, и страх, успокаивался и произносил всё, что было задума­ но, легко, иногда даже увлечённо, играя слушающими, как по нотам, точно, там, где нужно, с необходимой длительностью и в должный срок, расставляя паузы, интонации и смыслы. Невысокий человек на высокой трибуне смолк, а следом ахнуло, разорвало тишину громогласное и очень долгое, ка ­ жущееся вечным, несмолкаемым русское «ура!». Оно словно яростным огнём полыхнуло над морозной, присыпанной жёст­ ким ноябрьским снежком площадью, грозным эхом прокатилось, зазвучало не только над всей озябшей, измотанной осадой и неизвестностью Москвой, а над всей необъятной, готовой к новым испытаниям страной, над всем миром. Сначала - перед тем, ка к колонны двинулись, - зазвучал марш, - может быть, главный парадный марш страны. Торже­ ственный, могучий, но вместе с тем воздушный, устремлённый ввысь, к небу. И в то же время - земной, непаркетный, удобный, под шаг, чеканный, решительный, зовущий вперёд. Такой, что не захочешь, а пойдёшь, не умеешь, а пойдёшь, и ножку на нужную высоту подымешь, и строй будешь держать, и про беду свою, которая душу гнетёт и душит, забудешь. Оркестр, несмотря на мороз и замёрзшие вентили, играл уверенно. И тут не подвёл. Заиграл (хвала капельмейстеру, который, казалось, прирос к подставке, недвижимый, лишь руки летали, ка к птицы, вслед за дудочкой своей незримой звучали) точно под левую ногу головной колонны. Лев пытался понять, кто там, у ГУМа, руководит музыкантами, но трудно было разобрать, далеко. Выбор-то, в общем, был невелик: «Или Агапкин, или Чернецкий...» Обоих он знал, и марши их знал, особенно, конечно, «Прощание славянки», который помнил 202 ИЧ^НІпгЯіі L