Кичигин В. Териберский рубеж / Владимир Кичигин. - Санкт-Петербург : Онлайн типография «Дари книги», 2025. – 196 с.

не рад встретить старого знакомого, который, правда, что-то очень постарел за прошедшие годы. - Слышал, что ты пошел в науку, ка­ рьеру сделал, а потом - как в воду канул. - Это ты у нас, Наум, карьерист. А я так, неудачник. - В таком-то магазине и при таких товарах - неудачник? Не при­ бедняйся. Твой магазин, ты директор? - Всё в нашей жизни относительно. Давай посидим, поговорим, по рюмочке за встречу? - Ну, если только полчасика. Вадим оглянулся по сторонам, подозвал стоящего в сторонке пацана лет пятнадцати, наказал ему встречать покупателей, а если что - не стесняться, звать на подмогу. Служебная комнатка при магазине чем-то напоминала каюту на корабле: койка, столик у маленького, выходящего во двор окон­ ца, рукомойник. В холодильнике нашлась и ветчина в консервной банке, и сыр, и шоколад. Пили виски из широкой импортной бу­ тылки. Первый тост - за встречу. А второй. Второго не было. После выпитой рюмки Вадим как-то размяк и вдруг. расплакался. Исто­ рия, которую он поведал Науму, наверное, была типичной для тех времен. Времен, которые, как сказал поэт, не выбирают - «в них живут и умирают». - Поначалу всё у меня было хорошо: дали несколько часов в ин­ ституте, стал преподавать на кафедре марксизма-ленинизма. Ну там политэкономия, история КПСС . Как молодого и перспективного специалиста приняли в партию, хотя, сам знаешь, как непросто нас, прослоечную интеллигенцию, тогда принимали. Это если от станка или от сохи, если рабочий класс или крестьянство - то пожалуйста! Будь ты дурак дураком, а в партию силком тащили, за ворот. А веч­ но колеблющуюся интеллигентскую прослойку. Нами брезговали. Но я тогда, в прошлой жизни, ни в чем не сомневался и не колебал­ ся. Даже в Ленинграде в высшей партшколе отучился - на эконо­ миста. Нева, Смольный рядом, Таврический - славные были годы! После ВПШа на кафедре экономики преподавал, учил молодежь уму-разуму. Кандидатскую защитил, доцентом стал. Вадим немного успокоился. И, ласково поглаживая сидящего на коленях щенка, спокойным и безучастным голосом рассказывал: - Дома тоже все хорошо: жили с мамой, вдвоем - отец давно умер. Денег хватало, летом выезжали в Архангельскую губернию, - 247 -