Кичигин В. Териберский рубеж / Владимир Кичигин. - Санкт-Петербург : Онлайн типография «Дари книги», 2025. – 196 с.

- Спускайтесь к старику, а я схожу на падун, разведаю обстанов­ ку, - нарушил молчание Григорий. Не дожидаясь ответа, он свернул с тропы, исчез в прибрежных кустах. На молодой траве была рас­ стелена линялая рыжая скатерть с начатыми и еще не открытыми банками консервов, лежали две ковриги ржаного хлеба, вокруг закопченного котелка белела ждущая своей очереди очищенная картошка. У заводи песок придавила ветхая деревянная лодка с за­ дранным кверху подвесным моторчиком. На ее корме лежала не­ крупная рыбина. Обрадовавшись новым гостям, Семен Семенович поспешил им навстречу, выхватил из рук Павла и едва не уронил рюкзак с глухо брякнувшими бутылками. Стал извиняться. - Ну и день сёдни порат на гостей. Седайте, парни, а я тут-ка по- хозяеваю маненько, - не умолкая приговаривал Рогозин. - Угоще­ нье наше аховское, ну дак кака деревня - така и передня. Не обес­ судьте. Фантину было приятно слушать затейливый, пересыпанный мест­ ными словцами говор старика. Его речь звенела и подпрыгивала, разбиваясь о забытый, не совсем понятный смысл каждого слова. Закурив, Фантин взялся помогать, дочистил картошку, подбросил плавника в почти потухший костерок. На душе немного отпустило, полегчало. Сполоснув руки, присел, приступил было разделать под­ сохшую на солнышке толстобокую семужину. - А ведь это братец наш, Григорий Павлинович, рыбу-то сгноил, - вдруг произнес молчавший до этого Павел. И словно кто одним ударом узкого лезвия ножа вспорол брюшину мучавшей Фантина догадке, вывалил на растрескавшиеся доски крупные зерна дур­ ных предчувствий. Заметив неладное, забегал-засуетился Семен Семенович, стал, как собака, заглядывать братьям в глаза. Фантин медленно поднял­ ся с колен, распрямил затекшую спину... - Ой, кто это?! - не отнимая от глаз чьи-то ладони, вскрикнула Тая. - Это я, Миша. Для всех Михаил Александрович, а для тебя, кра­ савица, просто Мишуня. - произнес Штарев, спуская руки на пле­ чи девушки. Черный, будто приклеенный чуб залихватски свисал с потного лба. Да и весь он был каким-то ненастоящим, как только - 211 -