Кичигин В. Териберский рубеж / Владимир Кичигин. - Санкт-Петербург : Онлайн типография «Дари книги», 2025. – 196 с.

Станислав Васильев не стал народным депутатом России перво­ го созыва. Он был вторым по своему избирательному округу, обой­ дя директоров крупных производств. Но это не в счет - выигрывает и проходит только первый. Картина 3. РУССКАЯ КРАСАВИЦА В тот вечер у Наума Даниловича Смирнова была запланирована серьезная и важная встреча - в областном комитете КПСС. Решил пойти пешком - весна 1990 года выдалась погожей, день уже при­ бавлял, а выпавший свежий снег похрустывал под ногами. Идти от редакции до «белого дома» было недалеко, всего несколько кварталов. С детства знакомых кварталов родного города, в кото­ ром вырос сын тралфлотовского капитана Наум Смирнов. Он знал здесь, в центре города, каждый дом, да что там дом - каждый подъ­ езд этих домов, в которых когда-то жили его друзья детства. Сейчас друзей стало меньше: кто уехал из города, кто остался, но не напо­ минал о себе, как бы растворился в череде прошедших лет. «Но мы еще не стареем, а только-только набираем силу и вхо­ дим в пору зрелости. И всё-то у нас еще впереди.» - так думал Наум Смирнов, и, в принципе, он был прав. Прав, потому что жизнь человека должна быть долгой и счастливой. Просто это не всегда получается. Потому-то и надо торопиться, чтобы успеть. Успеть уви­ деть, рассказать, повстречаться, дописать, сделать. «Молодой судоремонтник Анатолий Бредов знал, за что идет на смерть. А я знаю, зачем живу на свете?»- Смирнов остановился у памятника герою. Застывший в последнем броске с поднятой над головой гранатой, воин был сильным и решительным. Со стороны казалось, что он вот-вот бросит эту гранату к подножию парадных подъездов местной власти, чтобы погибнуть за Правду и Отече­ ство . Наум даже мотнул головой, прогоняя незнамо откуда взяв­ шееся наваждение. .Встреча в кабинете секретаря по идеологии Белова была на­ значена не одному Смирнову: когда он зашел, в кабинете уже си­ дели люди. Впрочем, обстановка казалась непринужденной: если сам Василий Васильевич Белов располагался за столом, на своем привычном месте, то остальные сидели кто где, некоторые вовсе у журнального столика, на котором стояли пустые стаканы и пыхтел - 113 -