Деревякина, Е. С красной строки. - Мурманск, 2021. - 80 с.

От несправедливых обвинений я, еще не успев до конца остыть, закипела с новой силой: - Это я-то омут! Это во мне черти сидят, - с надрывом кричала я, размазывая по щекам кровь и слезы. Мне от Лизки тоже неслабо перепало. Она ведь почти на два года старше и на полголовы выше. - Забыл уже, как я тебе зуб залечивала, когда бабуси дома не было, а к доктору идти ты боялся? Небось, тогда была Леся-лапушка, а не кошка драная. А когда Надюху из реки вытащила, так и вовсе, благодетельницей-спасительницей величал, да как на икону пялился, ажно тошно было. Чо ж тогда полоумной не обзывался и велел Надьке без меня к реке не ходить? Не нужна мне твоя Надюха вовсе, пусть хоть лопнет, хоть утопнет, - орала я, опустив голову от отчаянья и невозможности доказать свою правоту. Очень стыдно было людям в глаза смотреть. И не столько за себя, сколько за уважаемую всеми, любимую бабусеньку. Каково ей будет слышать, что любимую внучку полоумкой, да дикой тварью величают. А она-то мне все: «Внученька - лапушка, солнышко мое ненаглядное». Вот уже засветилось солнышко на все село, вот уж облапошилось. Но тут Колян - борец за справедливость, не выдержал: - Вы, Михалыч, зазря судите - не разобравшись. Леська за свое, за правое билась. А ты, Леська, молчи уж лучше, а то начнешь перебирать всех, кому и что сделала, так до вечера не разойдемся. - А ведь девчонка и вправду никогда никому зла не причинила, - подала голос, вышедшая на крыльцо, Лизаветина бабушка Варвара, - видно