Деревякина, Е. Память сердца. - Мурманск, 2025. - 156 с.

Алёна перестала слушать и сделала вид, что ничего не поняла. Вот только очень обидными показались ей слова соседа, сына которого (сопливого неуклюжего Славку) она всегда защищала от мальчишек. Самому же дяде Лёне приносила (превозмогая отвращение к самой себе за взятые без спроса) папины праздничные папиросы «Герцеговина Флор», исполняя дяди Ленинскую противно-заискивающую просьбу: - Алёнушка-солнышко, пожалей бедняжку, принеси папироску, но не Беломор, а ту, из зелёно-чёрной коробочки. Мне таких дорогих вовек не купить, ну очень-очень хочется покурить вкусняшку. Ой-ей-ей, как! - За что он так про меня? Неблагодарный урод! Маленький, лысый, трусливый: от жены пьяненький запирается в коридорном шкафу или туалете, до тех пор, пока соседи не начнут высказывать своё негодование по поводу невозможности пользования данными объектами, тем самым побуждая тётю Тому - крупногабаритную жену дяди Лёни, пообещать «не мутузить» его после выхода к общественности. Признаться, она не всегда сдерживала свои слова, и коммунальному хулигану частенько перепадало, как и заслужил, «на орехи». Так говорила Алёнина бабуля, со смехом качая головой. Тут необходимо прервать мысленный монолог нашей страдалицы и описать среду её обитания. Их ярко-жёлтый с оранжевым оттенком «сталинский» дом. стоявший огромной буквой «П» в центре города Тамбова, был одной из достопримечательностей славного старинного городка. Построенный во времена правления Сталина для активных коммунистов и партработников, дом получил гордое название «сталинский». Ни у одного жилого строения не было такого огромно-паркового придомового участка с качелями, каруселями, горкой, песочницей и уютными диванными скамьями на «львиных лапах». Половина дома, та, что была выстроена самой первой, состояла из коммунальных квартир. Представьте себе десятиметровый коридор, ширина которого два метра, а высота более трёх метров, упирающийся в «банную комнату» - так её величали коммунальные детишки за возможность часами