Бундур, О. С. Груманланы : история поморских робинзонов / Олег Бундур ; художники Алина и Юлия Чайковские. – Москва ; Санкт-Петербург : Мой учебник, 2025. – 176 с. : ил.

Но сначала натопил печку, открыл окна и двери, и пол быстро высох. И все с удовольствием смотрели на такую красоту и чистоту! — Ну, почитай, дома у мамки! — радовался Степан. А ещё важное сделал Алексей — слепил из глины три жирни­ ка, да каждый с тремя ушками. В ушках гвоздём Алексей проделал отверстия для верёвки. Высушили, ставя их на остывающую печку. Два жирника повесили над столом и зажигали, когда обеда­ ли или работали. А третий висел у оконца. Этот горел постоянно. От него лучиной зажигали два других жирника или огонь в печке. А ещё Алексей сделал четыре миски. Они были не такими, как дома, но похлёбку наливать в них можно было. И наливали! И ели теперь из мисок, ложками, а не так, как раньше — через край котелка. Ложку каждый сам себе вырезал из дерева. И у всех они были разными. А самая ловкая и удачная получилась у Вани. Поморы с удивлением разглядывали её. Она была без зазубрин, с нужным изгибом. Сам черпачок был аккуратным и гладким. Ложку Ваня долго скоблил ножом, обтачивал разными ка­ мешками. А сейчас Алексей трудился над глиняным горшком и уже за­ канчивал. Делал его не один день, постепенно наращивая стенки. Налепит глину по краю, выровняет её мокрой тряпицей, оторван­ ной от рукава тельной рубахи, ждёт, пока высохнет. Потом снова наращивает, потом ещё. Обжигать на огне Алексей не стал — надо знать, как, сколько и на каком огне. Пока он делал горшок, случилась беда с жирником, постоянно горящим: жир из него стал капать. — Может, потому, — предположил Степан, — что в самой глине есть маленькие щёлочки, невидимые глазу, и через них вытекает жир? Я вот что вспомнил: дома у чашки маленький кра­ ешек откололся, так мамка нагрела воды, насыпала муки, сдела­ ла болтушку, в неё макнула отколотый край чашки, приложила к чашке и замотала, чтоб прижать. А когда высохло, тонкую тря­ пицу тоже в болтушку макнула, приклеила на трещину, и до сих мамка из той чашки пьёт.