Бундур, О. С. Груманланы : история поморских робинзонов / Олег Бундур ; художники Алина и Юлия Чайковские. – Москва ; Санкт-Петербург : Мой учебник, 2025. – 176 с. : ил.
— Не бойся, Ваня, — засмеялся Степан, — у нас же свой ошкуй есть! — Он кивнул на Фёдора. — Наш Ошкуй тутошнего одолеет! — Да! И одолею. Уже приходилось. Вы мне только рогатину крепкую али пику острую дайте! — А мясо его можно есть? — снова спросил Ваня. — А чего ж! Вкусное мясо, почитай, как бычачье, — отвечал Фёдор. — Только малость рыбой отдаёт, он же нерпой питается. А Степан подтвердил: — Да чего там медвежье! Китовое да моржовое едим. А мед ведь куда лучше! У ошкуев только печень нельзя есть, отра вишься. Они уже на версту отошли от берега, как вдруг Алексей пока зал рукой: — А вон и изба наша! Значит, не обманулся я. Изба стояла за горушкой, поворачивающей направо, срубле на была из брёвен, крыта тёсом, а на нём земля и камни. Местами землю с крыши то ли ветрами сдуло, то ли дождями смыло. Меж брёвен в стенах мох местами выпал. Длиной изба была саженей шесть, шириной три сажени, вы сотой в сажень. Алексей оглядел избу хозяйским взглядом — стены, крышу: — Поправить всё можно! На день работы. Ну, поглядим, что в избе. Дверь была привалена камнем. Откатили камень. — О! Да не войти! — пытался открыть дверь Фёдор. — Погоди, — отодвинул его Алексей, — размокла, видать, за время. — Он с трудом воткнул лезвие топора в щель между две рью и дверным косяком, тихонько надавил на топорище, и дверь открылась. Вошли. Это было помещение вроде сеней, у стенки горка дров. — Хорошо, что сени, — сказал Степан довольно, — тепло из избы меньше выходить будет. Следующая дверь вела уже в избу. Изба была большая. По центру, но ближе к двери печка из кирпича сложена, справа
Made with FlippingBook
RkJQdWJsaXNoZXIy MTUzNzYz