Бундур, О. С. Груманланы : история поморских робинзонов / Олег Бундур ; художники Алина и Юлия Чайковские. – Москва ; Санкт-Петербург : Мой учебник, 2025. – 176 с. : ил.

— Дядя Алексей, а как ты кормщиком стал? — Да начинал так же, как и ты, зуйком. Толь­ ко мне поначалу туго было. Наши промысловики тогда на тресковый ход шли, и я подался зуйком на Мурманский берег, на тресковый промысел. А это очень непросто. Там наша артель на карбасе полдня в море, а если непогода, то и больше. Придут с тре­ ской. Пальцы на руках не сгибаются, а надо ещё всю треску с крючков снять. Крючки — на ярусе, это та­ кая верёвка длиной пять тысяч саженей, может быть больше или меньше. Но все хотят больше — для уло­ ву. И крючков на ярусе — не счесть! Вот треску надо снять, разделать, посолить, уло­ жить — это артель делает, а зуйку — артель кормить, в стане прибрать, печку топить, пока артель спит, одёжу их, обувку просушить, на крючки наживку на­ деть. Два раза на тресковый промысел ходил зуйком, а после батька мой кормщиком стал, брал меня на зверобойный промысел, тоже зуйком. А после уже зверобоем. Ходил на Матку, на Грумант. Батька и учил меня. С батькой легче было, сердцем легче. Знаешь, что рядом ещё одна родная душа. Батька знатным кормщиком был! У него другие учились, переписывали поморскую лоцию. Она ему от его батьки досталась, а тому от его батьки. Вот она у меня теперь, видишь? — Алексей показал тетрадь в кожаной обложке.— Я уже четвёртое поколение. И каждый что-то новое, важное добавляет. — И твой батька давал переписывать лоцию про­ сто так? — А как иначе, Ваня? Мы же все одним морем, одной жизнью сроднились. Ежели взял плату, на­ граду за помощь, то в случае морской беды себе