Творчество Октябрины Вороновой в школе : филологический и методический аспекты / Бакула Виктория Борисовна, Згазинская Ольга Геннадьевна, Згазинская Дария Сергеевна, Гром Алика Кирилловна . – Москва : РУСАЙНС, 2025.

о детях: тундра моя, тундра, оленные края. / Тунда моя, тундра, кор милица моя... [24, с. 10]. У Вороновой упоминаются как макро-, так и микрообразы, связанные с идеей вскармливания: Земля - кормилица одна! [26, с. 47]. Даже в оленьем стаде важенка - это бдительная мама- олениха, которая пополненье в стадо приведёт [25, с. 69] или своего дитятю сторожит. / / Рядом с ним гуляет и приляжет, / Шёрстку приоближет языком, / Ягель на проталинке укажет / Иль наполнит вкусным молоком [23, с. 22]. Малые птахи на деревьях - тоже мамы, которые кормят детей своих [23, с. 23]. В результате всё вокруг ощу щается как родное, связанное с материнским началом: Вир / в саамском значит - / берег, / Ма - / родимая земля. / Сквозь меня, как сердцевина, / Как целебная струя, / Протекла речушка Вирма, / Вирма - / родина моя! [24, с. 19]. Принимая дары благодатной земли [24, с. 44 ], родимой матери-земли [23, с. 39], человек испытывает к ней уважение, как к кормилице предков своих [24, с. 57]. Мощь, сила умной феи - Природы [24, с. 48] Заполярья не раз подчёркнуты в лирике Вороновой. Одна из важных функций северного пейзажа - умение защищать человека, реагировать на опасность, ограждать его от зла, от напастей завоевателей (см. поэму «Тайна Бабьего озера»). Образ северной земли часто олицетворён в поэзии Вороновой, он переменчив и эмоционален: тундра проснулась / И шубу свою - нараспашку / < . . . > / земля позабы ла 1 Свой долгий беспамятный сон [23, с. 51]. При анализе способов персонификации отдельных природных реалий Кольской земли можно заметить в них женскую суть в реакции на внешние изменения. Здесь частотны олицетворения, развёрнутые метафоры: смотри, как молода / Река без белых льдин [24, с. 43], скоро мутной затянутся плёнкой, / У реки голубые глаза [24, с. 47], только прорубь на реке застывшей, / Синим глазом смотрит на людей; если ночью прорубь и задремлет - / Вновь к рассвету око распахнёт [24, с. 50], в кружевном подвенечном наряде, / Хороводит невеста-трта [24, с. 53], рыдали у реки берёзы [24, с.76], звезда нам холодную тянет ладонь [23, с. 9], злая северная вьюга / Заливалась, хохоча [23, с. 26]. Среди особенностей лирики Вороновой отметим частое описа ние женских чувств, помыслов и действий. Перечислим некоторые су ществительные (собственные и нарицательные), связанные с упомина нием женщин. В сборнике «Вольная птица» [23] это Тонюшка, Любовь [с. 12], девушки плетут венки [с. 15], Федина любимая - жена пастуха [с. 21], телятница Маня [с. 23], мастерица Прасковья, Рочева, Матрё- хина, девка Клавдия [с. 25-26], милая, молодая, жёнка, старуха, бабка - жена деда Веллес-Карноса [с. 28-33], соседка [с. 35], лопарка [с. 41], 111