Зацепин, В.И. Питание промысловых косяков трески в южной части Баренцова моря (по наблюдениям в 1934-1938 гг.) / В. И. Зацепин, Н. С. Петрова. – Москва ; Ленинград : Пищепромиздат, 1939. – 169, [2] с. : ил.- (Труды / Полярный научно-исследовательский институт морского рыбного хозяйства и океанографии им. Н. М. Книповича).

А п р е л ь . В начале этого месяца наблюдается, как и в предшествующие месяцы, довольно интенсивное питание трески. Общие индексы наполнения — до 157, средний общий индекс наполнения за 1934 и 193S гг. — 113, пустых желудков—30%. Основное значение в питании трески имели сельдь (28%, по записям на траулерах до 75°/о, больше всего поедалась в 1936 и 1938 гг.), мойва (33%), молодь тресковых (16%). В значительном количестве треской нередко пое­ дались черноглазки и Pandalus (до 20%), гребневики и бентос. М а й. Интенсивность питания трески обычно резко падает и увеличивается процент пустых желудков (по записям на траулерах до 90%). В конце мая 1931 г., по материалам Океанографического института, наблюдалось сравни­ тельно интенсивное питание трески черноглазками, придонными ракообразными и молодью пикши (индекс наполнения — 65). Особенно интенсивное питание наблюдалось в мае 1939 г.: общий индекс наполнения — 261, пустых желудков — 16 %. Треска питалась черноглазками (39°/о), сельдью (20%), креветками (12°/о), камбалой-ершом, донными беспозвоночными, заглатывались гребневики в значи­ тельном количестве. Западный склон Гусиной банки Этот район в 1934 — 1937 гг. являлся основным районом тра­ лового промысла трески в течение большей части года. Зд е с ь на­ шими траулерами было выловлено около 20% общего улова рыбы в Баренцовом море. Особенно большое значение этот район при­ обрел за последние годы в связи с тем, что в зимне-весенний пе­ риод в более глубоких его участках, благодаря высоким придонным температурам воды, стали наблюдаться значительные и стойкие концентрации остающейся на зимовку неполовозрелой, преимуще­ ственно „ровной" трески. Так, например, благодаря зимовке значи­ тельных масс трески в зиму 1936 — 1937 гг. в северной части з а ­ падного склона Гусиной банки интенсивный траловый промысел происходил не только в декабре —- январе, но и с конца марта до се:едины мая. В начале зимы в этом районе обычно наблюдаются скопления крупной трески перед отходом ее на нерестилища и не­ половозрелой рыбы—на зимовку в западные промысловые районы Баренцова моря. Помимо зимнего максимума концентрации трески на западном склоне Гѵсияой банки наблюдается еще и летчий (главным образом в июле), обусловленный подходами мощных кося­ ков трески с Мурманского мелководья, северного склона Канинской банки и из западчых промысловых районов Баренцова моря. Но в августе уже начинается „интенсивное движение трески в районы мелководий как к югу, так и к северу от Гусиной банки“ (Ма ­ с л о в , 1938). Интенсивное питание трески на западном склоне Гусиной банки, как и в более западных центральных промысловых районов, наблю­ далось в конце зимы и начале весны за счет сельди, мойвы и мо­ лоди тресковых, летом (с середины июня до начала августа) за счет капшака и в конце осени за счет сельди и молоди тресковых. Период зимне-весеннего откорма трески выражен здесь значительно более резко, чем осенний. Средний общий индекс наполнения для западного склона Гусиной банки—90, пустых желудков — 3 3% (IJO записям на траулерах до 56%). Основные компоненты пищи трески: сельдь (22°/о). молодь трески и пикши (19%), капшак (26%), мойва (8%, по записям на траулерах 14%). Креветки в общем 102