Зацепин, В.И. Питание промысловых косяков трески в южной части Баренцова моря (по наблюдениям в 1934-1938 гг.) / В. И. Зацепин, Н. С. Петрова. – Москва ; Ленинград : Пищепромиздат, 1939. – 169, [2] с. : ил.- (Труды / Полярный научно-исследовательский институт морского рыбного хозяйства и океанографии им. Н. М. Книповича).

с Мурманского мелководья з район северного склона Канинской банки и на западный и южный склоны Гусиной" ( М а с л о в , 1938). В связи с этим в конце лета и начале осени на северном склоне Мурманского мелководья имеет место заметное снижение концент­ раций трески. Возрастание ее уловов в конце осени—начале зимы и в начале весны обусловлено подходами рыбы из восточных про­ мысловых районов Баренцова моря в связи с передвижением кося­ ков трески на зимовку в западные районы и миграциями полово­ зрелой трески на нерест. Интенсивное питание трески на северном склоне Мурманского мелководья наблюдается в начале лета (за счет капшака), в конце осени и начале зимы (за счет сельди и отчасти молоди пикши и трески) и в конце зимы и начале весны (за счет мойвы и сельди) Такой характер питания трески в течение года характерен не только для северного склона Мурманского мелководья, но и для других центральных промысловых районов Баренцова моря (север­ ного склона Канинской и западного склона Гусиной банок). Общий средний индекс наполнения для северного склона Мурманского мелководья—101, пустых желудков—27% (по записям на траулерах около 50%). Основные компоненты пищи трески: сельдь (28°/0, по записям на траулерах 42%), мойва (32%), молодь трески и пикши ( 21%) и капшак (10%, по записям на траулерах 20%). Креветки состав­ ляли 2% общего среднего индекса наполнения, донные ракооб­ разные и прочий бентос — 4% , камбала-ерш и другие придонные р ы б ы— 2%. Сезонный ход питания трески на северном склоне Мурманского мелководья представлен на рис. 18. Ма й . Интенсивность питания трески обычно весьма слабая и лишь в конце месяца в отдельные годы (например 1934 и особенно в 1938) наблюдалось до­ вольно интенсивное питание трески черноглазками. Средний индекс наполнения по материалам за 1930—1931 гг. и 1934—1938 гг.—99, пустых желудков — 21% (гіо записям на траулерах до 70°/о). Состав пищи довольно разнообразен; основ­ ное значение имеют молодь трески и пикши (32%), мойва, отходящая с при­ брежных мелководий после нереста (16%, по записям на траулерах до 40°/о)„ сельдь, (6%, по записям на траулерах 16%), капшак (30%), донные животные (7 И, по записям на траулерах 25%). Треска поедает также креветок и раков- отшельников. И ю н ь . Обычно наблюдается интенсивное питание трески капшахом. Средние индексы наполнения—до 176, средний общий индекс наполнения по материалам за 1931 и 1935—1938 гг. — 53, пустых желудков— 25% (по записям на траулерах до 50%). Капшак составляет 37°/о среднего индекса наполнения, мойва — 36% (по записям на траулерах 24%), молодь тресковых — (9%, по записям ка траулерах 15%), сельдь (7°/о), креветки (3%), бентос (6%). И ю л ь . По записям на траулерах и по материалам полевого анализа пи­ тания за 1934—1937 гг. треска обычно еще продолжала усиленно откармли­ ваться черноглазками (до 65% указаний). Треской поедались также молодь тресковых (12% указаний), камбала-ерш, креветки, бентос. Указаний на пустые желудки — до 40%. А в г у с т . Но данным полевого анализа треска поедала больше всего мо­ лодь тресковых, Pandalus , раков-отшельников и других бентических животных и черноглазок. Наполнение желудков весьма слабое, процент особей с пустыми желудками высок. С е н т я б р ь . По наблюдениям за 1936 — 1938 гг. средний индекс напол­ нения — 68, пустых желудков — 46 (по записям на траулерах в 1934 — 1937 гг. до 60%). Основное значение в питании трески имели сельдь (18%, по записям