Мурманская биологическая станция. Труды Мурманской биологической станции. Т. 4 / Акад. наук СССР, Кол. фил. им. С. М. Кирова. – Москва ; Ленинград : Изд-во Акад. наук СССР, 1958.

JUG Э. А. ЗЕЛИКМАН пение и трансформация водных масс разного генезиса. Фитопланктон в таких районах моря отличается наибольшей продуктивностью. В ири- брежье Мурмана, но данным М. И. Роухияйнен (1956), численность фито планктона также очень высока. Нам представляется, что есть псе основа ния рассматривать мелководья, в том числе и прибрежье Мурмана, как зоны, во многом характеризуемые явлениями, аналогичными полярно му фронту. Т ак ая точка зрения не противоречит полученным Мурман ской биологической станцией гидрологическим и гидрохимическим данным. I! район исследования проникают воды атлантического происхождения. Изобата '150 м, приближаясь к берегу в области Дальнезеленецкого н Харловского разрезов, ограничивает ла северо-западе и на юго-востоке дна района мелководий. В районе с глубинами свыше 150 м, согласно О. Ф. Кондрацовой (1956), существует более бореальпый гидрологический режим, нежели на мелководьях. Коидрацоиа указывает на хорошее пере мешивание водных масс в районе мелководий и в местах встречи двух или нескольких потоков; разности температуры поды между поверхностным и придонным слоями па мелководьях меньше, чем на глубоководных стан циях. Е. Н. Чериовская (1956) отмечает два мелководных района макси мальных концентраций фосфатоп — северо-западный и юго-восточный. М. 11. Роухияйнен (1956) показала на материале 2 лет, что существуют также и два центра начала развития фитопланктона, приуроченных к мелководьям. М. М. Камшилов (1957) обнаружил в зоне исследования два центра размножения Сalanus finmarchicus, совпадающих с упомяну тыми мелководьями. В зависимости от термических условий года размно жение и ка ля иуса (по данным Камшилова), и эвфаузиид начиналось то на востоке, то на западе района исследования. Таким образом, мы видим, что распределение половозрелых эвфаузиид, их икры и молоди, так же как распределение фитопланктона и других компонентов зоопланктона, зависит от гидрологических и гидрохимических особенностей района исследования. Поэтому М. М. Камшилов (Камшилов, Зеликман и Роу- хияйнеи, 1956) справедливо полагает, что есть основание рассматривать прибрежную зону как структурное целое, характеризующееся закономер ной последовательностью хода биологических процессов, в частности про цессов создания первичной продукции. Каким образом интересующие пас виды эвфаузиид зависят от первич ной продукции, т. е. от фитопланктона? Приуроченные к материковой отмели Th. inermis. Th. raschii, Mega- nycLiphanes norvegica являются преимущественно растительноядными формами [Paulsen, 1909, цит. по Эйнарсону (Einarsson, 1945); Lebour. 1924; Hickling, 1923— 1925; McDonald, 1927; BarkJcy, 1940J. Кроме того, в пище этих видов встречаются T intinnidae и детрит. Правда, Эйнарсон утверждает, что фитопланктон не является доминирующим в пище эвфау зиид, однако он не приводит фактического материала для доказательства этого полояіения. Л. Л. Пономарева (19556) считает Th. raschii почти исключительно растительноядной. Среди водорослей, указанных Понома ревой в качестве нищи дальневосточной 77/. raschii. встречены только виды, найденные и М. И. Роухияйнен в фитопланктоне мурманского прибрежья. В пище 77/. inermis, согласно -I. Л. Пономаревой, фитопланк тон присутствует наряду с остатками веслоногих и их науплиев, ойко- плеврами, типтиннпдами. Весной значение фитопланктона в пище инте ресующих нас видов возрастает. Если учесть, что животные, потребляемые этими эвфаузиидами, сами питаются фитопланктоном, становится весьма