Мурманская биологическая станция. Труды Мурманской биологической станции. Т. 3 / Акад. наук СССР, Кол. фил. им. С. М. Кирова. – Москва ; Ленинград : Изд-во Акад. наук СССР, 1957.

ПРОМЫСЕЛ СЕЛЬДИ, МОЙВЫ II ДОННЫХ РЫ Б В П Р И Б Р ЕЖ Н О Й ЗОНЕ МУРМАНА $9 мысла показаны на рис. 10. Если в марте 1953 и 1954 гг. губа Орловка дала менее 10% месячного улова, то в апреле в эти же годы ее доля уловов соответственно возросла до 45 и 20% В мае добыча мойвы достигла почти 60%. Это объясняется не только интенсивностью промысла, но и интенсив ностью подходов мойвы. На этом же рисунке показано количество выбо рок ставных неводов по месяцам, наибольшее число их падает на апрель. В мае, несмотря на значительное сокращение промысла в Орловке, доля ее в общих уловах продолжает возрастать. Обратную картину мы наблюдаем is губах Мотовского залива (губа Эйна), доля уловов которых от весны к лету надает. Заканчивая краткий обзор двухлетнего промысла, можно сделать сле дующие выводы: 1. Интенсивный промысел мойвы в '1953 и 1954 гг. начался во второй половине марта. 2. Основными орудиями лова являлись ставные невода, дающие более 95% всей добычи мойвы. 3. Промысел мойвы ведется в течение 5 месяцев, с марта по июль вклю чительно. Наибольшая интенсивность промысла отмечалась в марте— мае с пиком в апреле. 4. Падение уловов от весны к лету происходило с запада на восток. 5. Важнейшими промысловыми районами являлись Мотовский и Кольский заливы на западе и губа Орловка на востоке. Интенсивность существующего промысла еще очень низка. Далеко не используются огромные количества мойвы, подходящие во время нереста в прибрежные воды Мурмана. Промысел происходит преимущественно на западном побережье, между тем перспективы его развития за счет пол ного освоения восточных районов велики. Обработка биологического материала была начата в последние месяцы 1954 г. Поскольку в настоящее время она еще не закончена, остановимся лишь на данных, полученных в результате вскрытия небольшого коли чества желудков и кишечников мойвы, взятой из ставных неводов. В опуб ликованной литературе нет сколько-нибудь полных данных о питании мойвы. Считают, что мойва при подходе к берегам на нерест почти прекра щает питание. В открытом же море она не промышляется и сведения о к а чественном составе ее питания сводятся лишь к указанию немногих форм. Так , Г. В. Болдовский (1936) пишет, что основу питания мойвы составляют калянус и черноглазка. Помимо этих двух видов, она поедает также и других представителей веслоногих рачков, хипериид, личинок креветок, червей-стрелок и икру трески. В работе А. И. Румянцева (1946) о мойве Японского моря приводится небольшой список видов, включающий представителей веслоногих, бокоплавов, эвфаузиевых, кумовых и др. Имеются ука зания С. И. Рахмановой (1928) и В. И. Зацепина (1939) о том, что мойва в прибрежной зоне питается веслоногими, гаммаридами, эвфау- зиидами и, повидимомѵ, поедает собственную икру. Нами исследовано 228 желудков и кишечников мойвы. В табл. 4 при водится список пищевых видов с указанием процента частоты встречае мости их в пищеварительном тракте мойвы. Процент пустых желудков и кишечников от общего количества исследованных желудков и кишечников составлял 47.4. Остальные в большинстве случаев были наполнены слабо. В марте 1953 г. основными компонентами питания (по встречаемости) были Calanus finmarchicus Gunner, Naup lii Ba lanus balanoides L., Hype- riidae varia и Metridia lucens Boeck. В марте—апреле 1954 г. преобладали Nauplii Balanus balanoides L., личинки Decapoda и Thysanoessa inermis 7*