Мурманский морской биологический институт. Труды Мурманского морского биологического института. Вып. 5 (9) / Акад. наук СССР. - Москва ; Ленинград : Изд-во Акад. наук СССР,1964.

108 Н . М. МШ ІО С Л А ВС КА Я переход к паразитизму) и, с этой точки зрення, являются прогрес сивными. Эволюция, следовательно, может идти в разных направлениях (А. Н. Северцов, 1939): одни организмы могут вырабатывать активные, а другие — пассивные адаптации. Но все эти адаптации, очевидно, будут направлены к преодолению биотических барьеров. В одном случае при этом связи со средой будут расширяться, в другом, наоборот, сужаться путем максимального удаления от существующих связей. По С. А. Северцову (1941), «биологический прогресс — победа в борьбе за существование — является результатом морфофіізиологического про гресса и регресса» (стр. 247). Иначе говоря, победа в борьбе за существование подразумевает такое положение организма в его внешней биотической и абиотической среде, когда он по своей внутренней и внеш ней структуре и всей жизнедеятельности наименее ими подавляется. Его приспособленность, как полагает И. И. Шмальгаузен (1946, стр. 354), будет таким образом характеризоваться «не столько плодовитостью (которая при интенсивном истреблении вела бы лишь к размножению хищников), сколько малоіі потребляемостью». В процессе прогрессивно]"! эволюции всегда действуют две формы отбора — движущая и стабилизирующая (Шмальгаузен, 1946, 1958). Стабилизирующая форма обеспечивает на некоторый момент времени закрепление в потомстве достигнутого усовершенствования. По-видимому, в настоящее время не должно вызывать возражений представление о глубочайшей древности борьбы за существование, в каких формах она первоначально ни выражалась бы (Шмальгаузен, 194(1; С. А. Северцов, 1951; Опарин, 1941; Камшилов, 1959). Вероятно, допу стимо предположение, что в общем борьба за существование и конку ренция — сверстники самоіі жизни на земле. Элементарные процессы борьбы за существование в дальнейшем ходе эволюции привели к «дифференцировке особей» (С. А. Северцов, 1951. стр. 51), к их разделению на растительные и животные организмы, у кото рых наметилось коренное различие в способах ассимиляции и диссими ляции. Как указывают И. И. Шмальгаузен (1940) и С. А. Северцов (1951). движущей силой эволюции животных на ее ранних стадиях был момент возникновения агрессивной борьбы. Она явилась результатом уже при обретенной животными способности к питанию живыми и мертвыми орга низмами. «Этот тип борьбы (отношения хищник—жертва, — II. М.), в дальнейшем определивший направление морфофизиологического про гресса, формирование органов защиты и нападения, органов движения и ориентировки в пространстве и других органов, связан именно не с абиоти ческими факторами среды, а с отношениями между организмами» (С. А. Северцов, 1951, стр. 52). По мере усложнения отношений конкуренции и прямой борьбы услож нялась и организация животных, их взаимные адаптации. В этой связи следует хотя бы вскользь указать, например, что А. Н. Северцов (1934) считал появление истребляющего хищника в непосредственной близости от предков современных роющих млекопитающих одним из факторов пере хода последних к подземному образу жизни; и второе, — что хамелеоны в тропических областях обычно сидят на наиболее тонких веточках, кото рые не в состоянии выдержать тяжесть хищника, превышающего хаме леона по размеру. Можно не сомневаться в наличии и среди морских организмов не менее удивительных, чем только что приведенные, морфофизиологических адап