Мурманская биологическая станция. Работы Мурманской биологической станции Ленинградского общества естествоиспытателей / Мурм. Губисполком. – Ленинград : [б. и.], 1925.

— 151 этот процесс, и на третий день во время прилива мы отдрейфо- вали со льдом миль за 15 к SO от Городецкого маяка, в миле от которого мы находились под конец шторма. Но в н ашем то росе и в связанном с ним торосистом поле, площадью в 1—1!/з деся тины, взаимное расположение составлявших его элементов не менялось, хотя весь комплекс носило и ставило в различные к странам света положения. На всем пространстве лед был очень разнообразен . Отно сительно очень небольшие площади горизонтальных льдин ч е р е довались с обширными полями нагромождений, среди которых высились отдельные торосы до двух—трех сажен высоты; в е р шины их состояли иногда лиш ь из одной вертикально поставлен ной льдины. Трещины во льду, з аполненные обломками и шапу гой, в часы отлива сильно расширялись иногда до нескольких десятков саженей и по ним тогда в разных направлениях носи лись, гонимые течениями, отрывающиеся от краев, разной вели чины, сросшиеся из кусков льдины, которые то, перевертывались , то сталкивались между собою и рассыпались, то соединяясь, о б р а зовывали пловучие, непрочные, ходящие под ногами, мосты. Отдельные районы характ ери зовались особенно энергичным торосообразованием ; таким был и наш район, замечательный, кроме того, большим однообразием своих льдин—почти все они достигали толщины аршин а , были и толще, но почти совсем не было более тонких и слабых льдин, весьма изобильных в других частях всей поверхности льдов. Этим, быть может, и об'ясняется исключительная прочность нашего тороса и окрестных льдов; ледокол „Сибиряков", извещенный по радио с маяка о гибели в нашем районе в шторм 23—25-го апреля, целого ряда судов, и пытавшийся 30-го приблизиться к нам, чтобы снять нас и, по возможности, спасти имущество и инвентарь судна, пройдя не сколько миль льдами, не мог, все же, ближе чем на милю по дойти к нам, и стал в тяжелых льдах, окружавших нас. Мы по льду перешли на него и, с помощью его команды и артели зверобо ев с Зимнего берега, перетащили с „Песца" все н аибол е е необходимое, ценное и портативное. И ч ере з пять суток после шторма, „Песец", обобранный и обнищавший , с четырьмя спущенными на лед фанцботами, был покинут нами в том положении, в какое он был приведен роко вым напором 25-го числа. „Жак -Ка ртье "—судно Французской По лярной Экспедиции, впоследствии— „Песец"-зверобой, погиб во